Когда мы читаем Апокалипсис, там есть такие слова Господни: о, если б ты был холоден или горяч! (Откр. 3, 15). Теплохладность – это уже такое состояние души, когда человек практически к вере равнодушен. Сейчас это такое распространённое явление даже среди людей, которые и в церковь ходят. В чём это выражается? В полном равнодушии к вере как таковой. Человек не хочет трудиться над изучением слова Божия, не хочет воспитывать детей в вере. И надеется на то, что если ребёнка водить, оно потом всё само образуется. Или, допустим, младенца почаще причащать, и из него получится христианин. А как этот человек ухаживает за своим огородом? Вот растёт трава, репей, крапива, взять туда семена бросить – и потом оно само вырастет? Ничего не вырастет и никогда. Тем более, те сорняки, которые существуют вокруг нашей души, вообще всё могут заглушить. И поэтому христианская вера превращается постепенно в клуб общения. В храм сходить, поговорить, пообщаться друг с другом. Особенно это видно на Западе. Там вообще при храме всегда строят столовую и, в общем, богослужение постольку-поскольку, а главное – общение с людьми: как ты, как что, крестился, женился, выдал замуж, умер кто. И вот вокруг этого жизнь. И у некоторых людей, и у наших детей в том числе, складывается впечатление, что храм – это какой-то такой хороший, добрый придаток к нашей жизни. Например, к детской площадке. Мы пришли играть, ну а тут ещё храм: то позвонят, то чего-то вокруг ходят, то водой обливаются. А мы: «Ха-ха-ха!», «Ха-ха-ха!», а некоторые кричат: «И мне, и мне!». Вот, собственно, и потом вышел из храма – очень доволен, а если никто на ногу не наступил, так вообще счастье. Но на самом деле всё не так. Настолько не так, что можно сказать, что всё наоборот.

Протоиерей Димитрий Смирнов